И опять я на коне [= Вершина кучи ] - Эрл Стенли Гарднер

Только не могу никак понять, по какому принципу вы выбралиименно этот мотель. Может, вам приходилось раньше в нем останавливаться?

Очень медленно, весь дрожа от сдерживаемого гнева, Карверсказал:

— Меня предупреждали о том, что собой представляют частные сыщики.Мне говорили, что они шантажируют своих клиентов, если могут на этом что-нибудьзаработать. Теперь понимаю, что мне стоило прислушаться к этим предупреждениям.Первое, что я сделаю в понедельник утром, — это позвоню в свой банк и попрошуаннулировать выданный вашему агентству чек.

А сейчас я пошлю телеграмму о том, что выплата по чекуприостанавливается. Я категорически протестую против вашего вмешательства не всвои дела. Протестую против ваших попыток шантажа. И вы сами, мистер Лэм, мнетоже не нравитесь.

Я попытался сыграть своей последней козырной картой.

— Думаю, вашему отцу тоже не понравится, если его сынполучит отрицательное паблисити, если станет известно, что он, совершив аварию,скрылся. Мы могли бы урегулировать это дело, мистер Биллингс…

— Одну минутку, — сказал он, — подождите меня здесь, Лэм. Уменя кое-что есть для вас. Ждите меня и никуда не уходите.

Он повернулся и вышел из комнаты.

Я подошел к удобному мягкому креслу и опустился в него.Послышались чьи-то шаги, дверь открылась, и Биллингс вернулся вместе с пожилыммужчиной.

— Это мой отец. У меня нет от него секретов. Отец, этоДональд Лэм. Он частный детектив из Лос-Анджелеса. Я нанял его через агентство,чтобы разыскать людей, которые были со мной во вторник вечером в мотеле вЛос-Анджелесе. Он провел блестящую работу по розыску этих людей, и у меня естьего письменный отчет.

Я передал агентству, в котором он работает, дополнительныйчек на пятьсот долларов за хорошую работу, хотя совсем не уверен, что с моейстороны было этично так поступать. И после этого он появляется в моем доме ипытается меня шантажировать. Теперь обвиняет меня в том, что я пытался якобысостряпать себе фальшивое алиби, и считает меня замешанным в дорожном инциденте— наезде на человека и попытке уехать с места происшествия во вторник вечером.Сам же несчастный случай, полагаю, произошел около Пост и Полк-стрит.

Скажи, отец, что мне делать?

Джон Карвер Биллингс Первый взглянул на меня так, будто ятолько что, как насекомое, пролез в щель двери и он хочет меня хорошенькорассмотреть, прежде чем раздавит ногой.

— Выброси за дверь этого сукина сына! — приказал он.

— Вашего сына не было во вторник вечером в этом мотеле. Онпросто был занят созданием себе фальшивого алиби, и у него ничего из этого невышло. Поэтому если будет произведено расследование, сам факт, что он пыталсясоздать себе алиби, сразу бросит на него тень и одновременно лишит его симпатиисуда и публики.

Я просто пытаюсь помочь вашему сыну.

Биллингс-старший продолжал разглядывать меня с явнымпренебрежением.

— Вы закончили, мистер… мистер?..

— Лэм. Дональд Лэм.

— Так вы закончили, мистер Лэм?

— Вполне.

Биллингс повернулся к сыну:

— А теперь, Джон, скажи мне, о чем здесь идет речь?

Волнуясь, Джон облизал губы:

— Папа, честно говоря, я решил погулять в Лос-Анджелесе. Япознакомился с девушкой. Все, что я сделал, — пригласил ее потанцевать. Но, какоказалось, эта девица была любовницей известного гангстера. После того как онаменя подставила и исчезла, я познакомился с двумя другими милыми девушками. Ядаже не знаю, как их зовут. И мы втроем провели ночь в мотеле.

Я нанял этого человека, папа, чтобы он разыскал этих девушекдля того, чтобы в случае необходимости они подтвердили, что я был с ними, а нес этой Морин Обэн. Он очень хорошо выполнил свою работу и теперь стараетсяпреувеличить результаты собственного расследования. Ему уже заплатили, но он,видимо, хочет еще денег. Вполне возможно, одна из девушек, которой что-то вомне понравилось, солгала этому человеку, чтобы ей тоже достался лакомыйкусочек…

— И это все, что ты мне можешь рассказать, Джон?

— Да, это все. Так помоги мне, отец!

Биллингс повернулся в мою сторону:

— Вон дверь. Убирайтесь отсюда!

— А вот теперь меня заинтересовали вы, — улыбнулся я.

Он подошел к телефону, снял трубку и произнес:

— Соедините меня, пожалуйста, с полицией.

— Вам надо попросить к телефону лейтенанта Шелдона, —подсказал я. — Именно Шелдон расследует этот несчастный случай с наездом ипоследующим бегством водителя машины на углу Пост и Полк-стрит во вторник,около десяти тридцати вечера.

Джон Карвер Биллингс Первый и ухом не повел. Он сказал втрубку:

— Это полиция?.. Я хочу поговорить с лейтенантом Шелдоном.

Конечно, он мог блефовать: в телефоне мог быть запрятанрычажок, который не дал ему соединиться с полицией.

Я подождал. Через мгновение в трубке послышался звук, иБиллингс сказал:

— Говорит Джон Карвер Биллингс, лейтенант. Я хочу вампожаловаться на действия одного частного детектива, который пытаетсяшантажировать моего сына… Он мне дал вашу фамилию… Кто это? Да, частныйдетектив из Лос-Анджелеса, Дональд Лэм.

— Фирма «Кул и Лэм», отец, — добавил сын.

— Мне кажется, он из фирмы «Кул и Лэм» в Лос-Анджелесе, —продолжал старик. — Похоже, он ищет подонка, замешанного в дорожном инциденте,который произошел во вторник вечером. Да, да, именно это. Так он и говорит. НаПолк и Пост-стрит, около десяти тридцати… Именно об этом речь. Так что мнеделать? Да…

Я могу?.. Очень хорошо. Я постараюсь задержать его до вашегоприезда.

Больше я не стал ждать. Если это и был блеф, то у них былобольше шансов переиграть меня, и они легко бросили свои козыри на серединуигрального стола.

И выиграли.

Я повернулся и вышел. Никто не пытался меня остановить.